Одна из первых
частных клиник страны
Врачи высшей категории,
кандидаты и доктора
медицинских наук
Поликлиника и стационар
в едином пространстве

Исполнение хирургических снов

Луцевич Олег Эммануилович
Олег Эммануилович Луцевич
Главный хирург ЦЭЛТ, заслуженный врач РФ, главный специалист ДЗ г. Москвы по эндохирургии и эндоскопии, членкор РАН, заведующий кафедрой факультетской хирургии № 1 ГБОУ БПО МГМСУ, доктор медицинских наук, врач высшей категории, профессор (записаться на прием)
направление Хирургия
Отделение: отделение хирургии

Перечислять регалии и достижения сегодняшнего гостя «Медицинской газеты» – занятие долгое. Сначала представим: заведующий кафедрой факультетской хирургии № 1 Московского государственного медико-стоматологического университета им. А.И.Евдокимова, главный хирург Центра эндохирургии и литотрипсии, член правлений Российского общества хирургов и Российского общества эндохирургов, главный редактор «Московского хирургического журнала», профессор Олег ЛУЦЕВИЧ. Один из основателей отечественной эндохирургии, награж-дённый почётным знаком «Золотой лапароскоп», автор более 350 печатных работ и 11 монографий, под его руководством защищено 27 кандидатских и 3 докторские диссертации. Его опыт лапароскопической хирургии – более 12 тыс. успешных операций при практическом отсутствии летальности (менее 0,02%).

– Начиная наш разговор, нельзя не сказать самые добрые слова о вашем отце – члене-корреспонденте РАМН Эммануиле Викентьевиче Луцевиче, пользующемся высочайшим авторитетом в хирургическом сообществе…

– Когда я родился, отец ещё не был известным хирургом. Он только переехал из Минска в Москву и работал в железнодорожной поликлинике. Мама Ида Алексеевна – москвичка, окончила педиатрический факультет 2-го Меда, но выбрала вирусологию, а потом генетику, долго работала в НИИ генетики с академиком РАМН Николаем Павловичем Бочковым. Родители познакомилась в горах, они занимались альпинизмом. Отец был мастером спорта не только по альпинизму, но и по боксу и вольной борьбе, у него есть ещё и высшее физкультурное образование. Он до сих пор – в свои 84 года – без передышек ходит на 8-й этаж без лифта.

Меня назвали в честь его старшего брата – известного в Белоруссии народного художника, члена Союза художников СССР. Он, кстати, назвал своего сына в честь моего отца, а тот стал хирургом.

Ну а я первый раз попал в операционную в 9-м классе, и выбора у меня уже не было. Папа всегда был первым учителем и советчиком. Когда он стал вторым профессором на кафедре общей хирургии 1-го Меда у академика АМН СССР Виктора Ивановича Стручкова и по статусу мог не дежурить, то специально выходил на дежурства ради меня. Хотя он был человеком строгим, и в отношении моего воспитания тоже.

– Какое достижение Эммануила Викентьевича вы считаете самым значимым?

– Отец – хирург очень широкого диапазона, и ответить на этот вопрос сложно. Сам же он считает самым большим своим достижением в хирургии, простите, – меня!..

– Начало лапароскопической хирургии… Расскажите о первых операциях, сделанных вами.
– К тому времени я уже защитил кандидатскую диссертацию, стал заведующим учебной частью на кафедре госпитальной хирургии 1-го Меда. Работы было очень много, но – ни профессиональных перспектив, ни достойной зарплаты не было. Были мысли вообще уйти из медицины, как некоторые мои коллеги. Один из них очень настойчиво приглашал меня работать в успешную риэлторскую фирму, которая существует и сейчас. На моё счастье весной 1991 г. позвонил человек, определивший мою дальнейшую хирургическую (а может, и не только хирургическую!) судьбу – Александр Семёнович Бронштейн, в будущем создатель и руководитель Центра эндохирургии и литотрипсии. Он пригласил посмотреть привезённый из США 2-минутный видеоролик о лапароскопической холецистэктомии. Как мне понравилось! До этого мы делали холецистэктомию через мини-доступ, с подсветкой от лапароскопа, удаляли пузыри через 4-5-сантиметровый разрез. И вдруг такая технология! Для меня это был сильнейший внутренний толчок, я бросил всякие немедицинские мысли, доцентство на кафедре, перешёл работать в ГКБ № 7, для которой Александр Семёнович приобрёл одну из первых в стране лапароскопических стоек.

В январе 1991 г. в НИИ клинической и экспериментальной хирургии МЗ РСФСР (ныне Российский научный центр хирургии им. Б.В.Петровского РАМН) приехали специалисты из Германии, которые провели 2 или 3 показательные лапароскопические холецистэктомии. Первым из наших хирургов такую операцию сделал профессор Юрий Иосифович Галлингер. Вторыми в мае 1991 г. были мы.

И как снежный ком «пошли» эндохирургические вмешательства. Прекрасно помню лапароскопическую пластику паховой грыжи, первую в России, как сетку закрепляли изнутри степлером. Чистый авантюризм, даже видеофильма до операции не видели! Рецидива после первой операции не было, а после второй его получили – слишком маленькую сетку поставили! Кстати, эндохирургическая герниопластика – единственная лапароскопическая операция, которая совершенно не похожа на открытый аналог. И я считаю, что хирург должен иметь специальную подготовку для проведения лапароскопических операций при паховых грыжах.

7-я больница – скоропомощная, к нам поступали пациенты с разнообразной хирургической патологией. Например, лапароскопически ушили перфоративную язву желудка. Представьте, 1991 г., ночью оперировали этого больного, а через 6 часов утром он пришёл своими ногами на конференцию. У него всего 3 маленькие дырочки и чувствует себя хорошо. Но эти операции мы тогда выполняли на свой страх и риск, что называется, до первого прокола... Бог миловал, и каждый раз мы приводили таких послеоперационных больных на конференцию. В том же году академик РАМН Глеб Михайлович Соловьёв, возглавлявший отделение в больнице и кафедру госпитальной хирургии № 2 1-го Меда, предложил мне вскрыть перикард у больного с угрозой тампонады сердца. Опыта эндохирургических операций на сердце у нас тогда не было. Мы сделали отверстие в перикарде больного, и оттуда потекла тёмная геморрагическая жидкость. Я подумал, что проткнул сердце насквозь, чуть в обморок не упал, а Глеб Михайлович говорит: «Здорово! Отсасывай это всё. А можешь вырезать окошко, чтобы жидкость больше не скапливалась?» – «Могу», – отвечаю. С риском остановки сердца всё это мы сделали ножницами с монополярной коагуляцией – без осложнений!

Глеб Михайлович вообще был настоящим Учёным, новатором! Он сподвиг меня и на первое в России маммарокоронарное шунтирование. Эндоскопически аккуратно выделили внутреннюю грудную артерию и через мини-торакотомию, на работающем сердце, без всякого АИКа, вшили её в переднюю межжелудочковую артерию. Человек жив и работает до сих пор. Но операции эти не стали серийными, потому как артерия одна, и мы можем создать только один анастомоз…

Спустя несколько лет, когда мы практически всю хирургическую патологию в больнице переделали лапароскопически, мой учитель по кафедре доцент Николай Николаевич Коренев, который единственный в 7-й ГКБ оперировал щитовидную железу, сказал мне: «А вот щитовидку ты у меня не отнимешь, её всегда будут делать открытым способом!». Через год приношу ему материал с какой-то европейской конференции по эндоскопической хирургии щитовидной железы. Немая сцена…

Кроме этих операций, впервые в России в лапароскопическом варианте были выполнены холецистэктомия при остром холецистите и синдроме Миризи, ваготомия в варианте Баркера – Тейлора, вертикальная гастропластика и билиопанкреатическое шунтирование (операция Скопинаро) при сверхожирении, восстановление проходимости ЖКТ после обструктивной ре-зекции сигмы (операция Гартмана), резекция сигмовидной кишки с первичным анастомозом при перфорации дивертикула (по экстренным показаниям), авторская операция – комбинированная лапароскопическая герниопластика при больших и гигантских паховых грыжах, аппендэктомия у взрослых при перитоните, торакоскопическая грудная симпатэктомия при облитерирующих заболеваниях артерий нижних конечностей, радикальная нефрэктомия с удалением надпочечника и лимфоузлов по поводу рака почки.

– На 60-м пленуме правления Российского общества эндоскопических хирургов в декабре прошлого года президент РОЭХ профессор Сергей Емельянов напомнил аудитории о резонансе, вызванном сделанной вами в 1993 г. впервые в Европе и стране лапароскопической резекции желудка. Все проходы аудитории были заполнены – это было революционное событие! Именно после этого у всех возникло ощущение, что речь идёт о доступе не только для холецистэктомии…

– С желудком – отдельная история. В конце 80-х – начале 90-х годов из-за отсутствия эффективных противоязвенных препаратов очень распространённым вмешательством была ваготомия. Мы уже делали операцию Баркера – Тейлора в эндоскопическом варианте, да и резекция желудка в открытом варианте для нас секретом не была. И вдруг в 1992-м мы услышали, что в Сингапуре хирург Питер Го провёл лапароскопическую резекцию желудка! Мы загорелись новой операцией и в 1993 г. сделали эндохирургически две резекции желудка подряд. Первую – по Бильроту-2, вторую – по Бильроту-1. Нас тогда показали в программе «Время». Кто-то из французских коллег увидел этот сюжет, и нас пригласили доложить материал на съезде хирургов Франции в Довилле, курортном городке в Нормандии. Когда мы показали видеозапись вмешательства, французы спросили: «Как вам удалось засунуть в брюшную полость длинный циркулярный аппарат?» Я им попытался объяснить, что нужно сделать 3-сантиметровый разрез передней брюшной стенки и далее по технологии операции Бильрот-1. Но они, похоже, так и остались в недоумении… А месяцев через 7-8 эту операцию после нас сделали итальянцы. Получилось, что резекцию по Бильроту-1 мы провели первыми в мире.

– Сейчас продолжается дискуссия о последипломном обучении хирургов. Что бы вы предложили изменить в этом процессе?

– Начинающим хирургам надо более подробно всё объяснять и показывать, начиная с азов, с простейших манипуляций. Надо объяснять необходимость технического оснащения каждой операции, последовательность действий, раскрывать свои секреты и наработки. А ещё лучше – взять его с собой в операционную! К сожалению, сегодня мы приезжаем с выездными мастер-классами, покажем «рок-н-ролл» на видео, «заведём» ребят, да и бросим их, начинающих, одних в операционной. А потом – осложнения, летальность, дискредитация метода… Невозможно приобрести опыт из одних видеофильмов – только в операционной. На картинке всегда кажется, что легко и просто. Считаю, что в больших больницах, где много хирургов, надо назначать ответственных по нозологиям. Кто хорошо оперирует грыжи – пусть все пациенты с грыжами идут к нему и т.д. Нехорошо, если из 5 начинающих хирургов в больнице все 5 одинаково плохо владеют холецистэктомией. После 100 подобных операций один хирург уже будет хорошо понимать, что делает. Это в 5 раз лучше для больницы, нежели 5 хирургов сделают по 20 операций, и в 5 раз растянутся сроки подготовки хорошего хирурга, и в 5 раз будет больше осложнений... При концентрации в одних руках операции получаются более качественно. Потом он подтянет за собой остальных. За это время меньше пострадают больные, а пока будут «натаскиваться» 5 одновременно, то много бед натворят. Всё, что делается в первый раз, чревато проблемами.

– Вы в течение 20 лет постоянно обучаете хирургов основам лапароскопической хирургии на базе различных центров повышения квалификации. Сколько же у вас учеников?

– Думаю, что только в этих центрах было обучено более 500 хирургов. Главное – зажечь огонёк в глазах хирурга! Кроме того, в базовых хирургических стационарах кафедры (ГКБ № 52, ЦКБ № 1 и № 2 ОАО «РЖД», МСЧ № 47 МЛСО, МСЧ № 33), а также в ГКБ № 1, № 7, МСЧ № 32 нами были внедрены в повседневную хирургическую практику эндовидеохирургические операции: при остром аппендиците – до 96% от всех подобных вмешательств, остром холецистите – до 98%, при перфоративной язве желудка и двенадцатиперстной кишки – до 100%! А ещё при остром панкреатите, паховых грыжах, грыжах пищеводного отверстия диафрагмы, опухолях почек и толстой кишки, многие другие.

– Ваши коллеги рассказывали, что перед самыми важными операциями вам снятся хирургические сны…

– Это нормально. О чём больше всего думаешь, то и снится. И сны эти красочные, цветные, а самое главное – поэтапные, как озарение какое-то! А потом в операционной вмешательство проходит так же, как во сне. Хотя цветные сны на бытовые темы вижу редко…

Беседу вёл Альберт ХИСАМОВ, обозреватель «Медицинской газеты».


Запишитесь на прием через заявку или по телефону +7 (495) 788-33-88
Вместе с вами эту статью прочитали
1578
человек с 25 октября 2016 года
Любая перепечатка статьи полностью или частично возможна только с разрешения администрации клиники. В случае не санкционированного использования материала, ЗАО "ЦЭЛТ" оставляет за собой право обратиться в суд с иском материальной и репутационной компенсации, в соответствии с действующим законодательством РФ.