Хирургия через «замочную скважину»

Былов Константин Викторович
Константин Викторович Былов

Заза Кавтеладзе: «Я получаю огромное удовольствие от операций. Если это пройдет, из профессии надо уходить».

Высший пилотаж специалистов ЦЭЛТ — эндоскопические операции на коронарных сосудах и ангиопластика. Современная техника позволяет непосредственно наблюдать, как в поражённом сосуде разворачивается настоящее сражение за жизнь. Сначала, трудяга–баллончик упорно расчищает завалы из холестериновых бляшек, а потом, в освобождённом просвете сосуда, как солнечная батарея, разворачивается упругий стальной эндопротез — стент, фиксирующий и защищающий стенку артерии, по которой беспрепятственно потечёт живительная кровь.

С ведущим ангиохирургом ЦЭЛТ, профессором Зазой Кавтеладзе беседуют корреспонденты «Эхо планеты».

Кавтеладзе провёл более семи тысяч операций на сосудах, у него 25 российских и 15 международных патентов на устройства и технологии.

— Заза Александрович, как вы стали хирургом? Почему выбрали именно эту профессию?

— Я мог бы для красного словца сказать, что давно мечтал о профессии хирурга. Но это не так. В детстве я только дважды сталкивался с хирургами: в шесть лет мне удалили гланды, а в 10-м классе зашивали пораненную руку. Мне никогда не снилось, что я оперирую людей и спасаю их жизни. Возможно, к такому выбору меня подтолкнула особенность моего характера, которую я бы назвал радикализмом действий. Я всегда рассчитывал только на свои собственные усилия и знания и всегда стремился быстро получить успешный результат. Дара художника или композитора у меня никогда не было, потому творческие профессии меня не привлекали, а хирургия — настоящая мужская работа, требующая полной самоотдачи и решительности, что соответствовало моим устремлениям и внутренней потребности.

— Почему вы выбрали внутрисосудистую хирургию?

— В 1985 году я увлёкся, тогда ещё, совершенно новым направлением — эндоваскулярной, или внутрисосудистой, хирургией, которая теперь стала альтернативой традиционным открытым операциям. Согласно медицинской статистике, эти заболевания занимают первое и второе место по числу смертей в мире. А в 1993 году пришёл в  центр к Александру Семёновичу Бронштейну, где работаю уже 19 лет.

— Какие сегодня самые востребованные внутрисосудистые операции?

— Болезни стремительно «молодеют»: инсульты, инфаркты, ишемия, аневризма аорты, диабет — теперь это не старческие заболевания, а бич 40-летних. Поэтому сегодня приоритетны такие малотравматичные направления, как стентирование и пластика коронарных и периферических сосудов, всевозможное эндопротезирование, что в ЦЭЛТ поставлено на поток.

— Вы разработали стент, который широко применяется при лечении аневризмы аорты. В чём отличие обычной открытой операции от эндохирургической с применением Вашего ZA-стента и других эндопротезов?

— Десятилетиями такую операцию делали открытым способом: наркоз, разрез, открытая грудная клетка, аппарат искусственного кровообращения, чтобы пришить к аорте «заплатку» — синтетический протез. Длится операция два–четыре часа, затем ночь в реанимации, пять—семь дней в больнице и месяца через три возвращение к нормальной жизни.

Эндопротезирование — принципиально иной метод. Без вскрытия брюшной полости, через небольшие разрезы на бедренных артериях во «взрывоопасный» участок аорты вводят стент — металлическую конструкцию–каркас, который остаётся внутри сосуда и блокирует аневризму, создавая свободный путь для кровотока. Длится всё действо от часа до трёх, а к вечеру пациент уже встаёт.

Как известно, хирургов уважают за большие разрезы: они видны, а значит, результат налицо. Во время перевязок пациенты чувствуют боль, и сразу понятно, сделали серьёзную операцию. А в эндохирургии всё иначе. Послеоперационного медконтакта нет, боли нет, швы снимать не надо, поскольку вместо разрезов – малозаметные точечки, да и то не всегда. Во время операции пациенты не спят, разговаривают с хирургом и даже футбол обсуждают. Вроде бы несолидно, но главное — есть результат.

— Ваше ноу-хау – концепция временного стента. В чём суть этой медицинской технологии?

— Речь идёт о совершено новом экспериментальном исследовании. Обычно, когда сосуд закрыт, закупорился, его раздувают специальными баллонамиами–катетерами и устанавливают стент. Чтобы инородные тела не отторгались, в коронарной ангиопластике начали применять стены с лекарственным покрытием — это стало пророрывом. Но с сосудами нижних конечностей проблемы остались, здесь эти устройства всё же доставляют неудобства. Поэтому родилась идея временной имплантации стента в периферические артерии. Его устанавливают, а на вторые–седьмые сутки удаляют, но сосуды при этом обратно не суживаются, не «схлопываются». Доклинические испытания уже дали хорошие результаты. Концепция поисковая, и через года два станет ясно: это прорыв или выстрел в никуда.

— Вы занимаетесь интервенционной кардиоангиологией расскажите, в чём суть этого нового медицинского направления. Какие ещё перспективные разработки сейчас внедряются в мировой хирургии?

— Интервенционные вмешательства проводятся в рентген–операционных, с помощью специальных катетеров, в считанные минуты. Например, необходимо восстановить кровоток в артерии сердца, «забитой» холестериновыми бляшками. Аналогичным способом стали лечить артериальную гипертонию, от которой страдает треть взрослого населения Земли. Разработана абсолютно новая интервенционная технология — катетерная денервация почечных артерий, когда радиочастотным катетером прицельно разрушают часть нервных волокон стенки артерии, после чего, через 24 часа, пациент идёт домой. Революционные технологии — это и замена клапанов на бьющемся сердце, и установка стента при инфаркте.

В последнее время мы внедряем в клиническую практику эндоваскулярное лечение миомы матки у женщин и аденомы простаты у мужчин. А ангиопластика стала первичным методом лечения при синдроме «диабеической стопы» — тяжелейшем осложнении сахарного диабета, когда появляются гнойные язвы, развивается гангрена, и ногу ампутируют.

Я даже не знаю, какая у меня теперь специальность: начинали с сосудов сердца, нижних конечностей, добрались до головы, а сейчас ещё урология, гинекология, онкология прибавились. Шутка, конечно, но доля правды в ней есть, и не малая. Кроме того, я вижу результат и получаю огромное удовольствие от операций. Если это пройдёт, из профессии надо уходить.


Беседовала Тина Катаева
Эхо планеты
Елена Слепчук
Журналист

Вместе с вами эту статью прочитали
4362
человек с 20 августа 2012 года
Любая перепечатка статьи полностью или частично возможна только с разрешения администрации клиники. В случае не санкционированного использования материала, ЗАО "ЦЭЛТ" оставляет за собой право обратиться в суд с иском материальной и репутационной компенсации, в соответствии с действующим законодательством РФ.